mir-m.ru - ФОРМАЛИЗОВАННОЕ ОПИСАНИЕ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТНАЛИЗ СЦЕНАРИЕВ РАЗВИТИЯ


Анализ развития различных сценариев

1 Анализ сценариев развития международной обстановки (МО) и стратегический прогноз до 2030 и 2050 годов Функцию долгосрочного прогнозирования внешних угроз национальной безопасности выполняют ряд консультативных органов при президенте и Правительстве РФ во главе с Советом безопасности Б. Кузык, В. Кушлин, Ю. Яковец, эксперты Анализ и прогноз сценариев развития МО в интересах обеспечения безопасности страны, который в настоящее время делается «в ряде консультативных органов» во главе с Совбезом, как представляется, должен являться изначально производным от анализа развития сценариев ЧЦ, в целом и противоречий между интересами локальных цивилизаций, отдельных наций и государств. Именно на этом уровне происходит формирование структуры будущей МО, которая неизбежно включает в себя и важнейшие внутренние факторы, например: количество и качество человеческого капитала; величина ВВП и др. Так, например, численность населения России в 2050 году в основном будет определяться внутренними факторами, а результат такой политики неизбежно отразится на будущей МО и ВПО, особенно, если говорить о растущей роли «мягкой силы» и институтов гражданского общества. Кузык Б.Н., Кушлин В.И., Яковец Ю.В. Прогнозирование, стратегическое планирование и национальное программирование. М.: Экономика, 20. С

2 Оптимальный сценарий динамики численности Годы Миграционные варианты Нулевой миграционный прирост Стабильный миграционный прирост на уровне 2007 г. Искусственное стимулирование миграционного прироста ,8 5, 53, ,3 56,7 62, ,2 57,6 68, ,4 58,8 76,4 Как мы видим, в оптимальном сценарии (т.е. при сочетании создания высокоразвитой системы здравоохранения, внедрения адекватной антитабачной, антиалкогольной политики и эффективных мер поддержки рождаемости) задача предотвращения депопуляции России решается даже при сохранении миграционного прироста на уровне 2007 г. (т.е. без его искусственного стимулирования. 57

3 В любом случае наши расчеты показывают, что предотвратить вымирание России можно, только комплексно позитивно задействовав все модифицируемые факторы российского демографического роста. Негативная динамика по любому из них (падение рождаемости, сокращение до нуля миграционного прироста, снижение эффективности работы системы здравоохранения, увеличение распространенности табакокурения, ухудшение алкогольной ситуации или даже просто ее сохранение на современном уровне) делают решение задачи предотвратить вымирание России практически не выполнимым. Сама по себе МО структурно включает самые разные группы интересов политические, экономические, финансовые, гуманитарные, военные и т.д., которые могут быть в самом общем виде представлены в виде матрицы. При этом надо четко выделять две категории интересов (потребностей), которые нередко противоречат друг другу: объективные интересы локальной цивилизации, нации, государства и социальной групп. и субъективные интересы определенных социальных групп, что хорошо видно на примере сопоставления субъективных интересов правящей российской и украинской элит. Соответственно совпадение таких национальных (или государственных) интересов может быть оценено по положительной шкале, например, от + до + 3, а противоречия от до 3. Причем, безусловно, существует приоритетность в оценке таких интересов, когда цивилизационные, политические и иные интересы оцениваются выше, чем гуманитарные. Если попытаться заполнить эту матрицу, поставив, например, под определенными «Государство «А» Украину», а «Государство «Б» Россию», то получается следующая картина: 58

if ($this->show_pages_images && $page_num doc['images_node_id']) { continue; } // $snip = Library::get_smart_snippet($text, DocShare_Docs::CHARS_LIMIT_PAGE_IMAGE_TITLE); $snips = Library::get_text_chunks($text, 4); ?>

4 Матрица интересов государств, формирующих международную обстановку (МО) (в оценке правящих элит) Тип интересов государства «А» (в представлении элиты Украины) Политические: отношения с США и ЕС; отношения со странами СНГ; отношения с другими странами Экономические: Тип интересов государства «Б» (в представлении российской элиты) политически е экономические военные машиностроение банковские; 2 страновая; бюджетная 3 Гуманитарные: гуманитарны е 2 торговоэкономические; энергетика; Финансовые: финансовые 3 наука; 2 образование; 3 культура 3 Военные: 3 военнополитические; ВТС; ВКО 3 3 Видимо, необходимо разделить различные сценарии развития МО по группам в зависимости от сценариев развития ЧЦ. Как минимум, таких групп может быть три (по аналогии с группами сценариев развития ЧЦ): группа позитивных сценариев развития международной обстановки (ГПСР МО); группа негативных сценариев развития международной обстановки (ГНСР МО) и, наконец, группа нейтральных сценариев развития международной обстановки (ГНСЦР МО). Учитывая, что существует огромное многообразие сценариев развития международной обстановки, 59

5 три основные группы могут и должны быть разделены на подгруппы, которые в принципе описывают весь основной спектр отношений существовавший в истории (в данном случае СССР/России и США), от союзнических в XVIII веке и в гг. ХХ века и партнерских в 90-х годах ХХ века до открыто конфронтационных (войны в Корее, Вьетнаме, Кубинский кризис). Кроме того, с целью повышения точности описания и возможного количественного анализа каждую из этих подгрупп можно ранжировать (например, от до 3), что дает, безусловно, перспективу для дальнейшего анализа и прогноза. Соответственно по горизонту прогноза и планирования эти группы могут быть отнесены к настоящему времени, периоду до 2030 года и периоду до 2050 годов. Эту систематизацию можно представить (также как и в случае со сценариями развития ЧЦ) в виде простой матрицы применительно к какому-либо субъекту (актору) МО, например, России и США. Причем эти отношения нужно рассматривать по отдельным направлениям в данном случае политическим). В самом общем виде эти отношения будут выглядеть следующим образом (по состоянию на середину 204 г.): Группа сценариев взаимодействия различных субъектов МО (на примере России и США) Субъекты МО Субъект МО США Групп и подгрупп сценариев Российская Федерация позитивные (ГПСР МО) негативные (ГНСР МО) Нейтральные (ГНСЦР МО) настоящее время до 2030 г. до 2050 г. союзные отношения партнёрские отношения враждебные откровенно конфронтационных подгруппа игнорирования подгруппа нейтральное???? лирование + +3 (+ ) область вероятных сценариев развития МО Как видно из оценки в матрице политические, отношения России США рассматриваются в наборе сценариев от «враждебных» (+ 3), близких 60

6 к «откровенно конфронтационным», в настоящее время, до «откровенно конфронтационных» к 2030 годам и смягчению до определенной степени до враждебных (+ 2) до 2050 годам. Наверное такой анализ политических отношений не будет полностью совпадать с анализом и прогнозом отношений в военной и стратегической или гуманитарных областях, хотя, вероятно, и будет к ним близок. Для каждой из таких отдельных областей МО требуется своя матрица, определяющая свою группу сценариев. Результирующей будет общая матрица, характеризующая все группы сценариев во всех основных областях от политики и экономики до экономического и гуманитарного сотрудничества. Возвращаясь к подгруппам сценариев развития МО в отношениях РФ США, можно попытаться вычленить конкретные возможные и вероятные сценарии в этих подгруппах. Так, например, подгруппа «враждебные» сценарии МО в настоящее время представлена, естественно, единственным сценарием развития отношений США и России, который можно назвать сценарием «провоцирования конфликта России с Западом». Этот сценарий должен быть описан в определении противоречий государственных интересов США и России в разных областях (как это показано в начале раздела в «Матрице интересов государств формирующих международную обстановку (МО)». 6

7 а). Сценарий провоцирования конфликта Исследуя этот сценарий, можно сделать несколько выводов применительно к последствиям для ВПО:. Сценарий, реализуемый в настоящее время США, направлен на осложнение ситуации в мире и в Евразии посредством усиления конфронтации и провоцирования прямых вооруженных противоборств на континенте в его самых различных регионах: Центральной Европе (Украина (ЕС) Россия); Ближний Восток (Сирия, Израиль, Палестина, Египет); Средний Восток (Иран, Ирак); Центральная Азия (Афганистан) С.-В. Азия (КНДР); Ю.-В. Азия (Китай). 2. России в этих планах отводится важная, но вполне региональная роль «осложнения отношений» в Европе, включая Северную Европу, посредством провоцирования конфликта на Украине. При этом основной упор США делают политической консолидации вокруг себя максимально широкого круга союзников в форме двух будущих блоков Трансатлантического и Транстихоокеанского партнерств (ТАП и ТТП), который обеспечит США компенсацию потери влияния и мощи неизбежно последующих в будущем. Политические механизмы подчинения партнеров и союзников становятся главными инструментами сохранения американского влияния. Механизмы реализации вполне просты и конкретны, но не примитивны. Это прежде всего «политическая консолидация» на базе общей системы» ценностей. 62

8 В этом смысле основная проблема России заключается в ее готовности демонстрировать публично свой суверенитет и независимую внешнюю политику. 3. Последующее развитие этого сценария предполагает (до 2030 годов) усиление его военно-силовой составляющей и превращения враждебных отношений в Евразии в открыто конфронтационные и вооруженные конфликты. Обострение этих отношений до прямого военного противостояния необходимо США с целью сохранения своих позиций безусловного лидера, который ради этого готов идти на военный конфликт. Объяснение такой политики может быть следующим: до 2030 годов США будет сохранять экономическое, технологическое и военное лидерство, которое неизбежно исчезнет, если США не удастся: Аспекты безопасности. /203. С. 6 / 63

9 окончательно подчинить своим интересам Европу. И не только Евросоюз, но и другие страны, включая страны Северной Европы (Норвегию, Швецию, Финляндию) и Южной Европы (Грецию), а также страны Ближнего и Среднего Востока; обеспечат «нейтрализацию» России как самостоятельного цивилизационного и интеграционного центра в Евразии, способного стать альтернативой США; обеспечить противодействия КНР с помощью объединенных сил Запада (Трансатлантического партнерства) и Востока (Транстихоокеанское партнерство); обеспечить благожелательный нейтралитет Индии, Бразилии и других крупных нарождающихся политико-экономических гигантов. 4. В дальнейшем этот сценарий в своем развитии может предусматривать «смягчение» МО по отношению к России к 2050 годам как следствие: реализации планов США сохранения своего лидерства и (в т.ч. устранения опасности со стороны России как одного из мировых центров) отсутствия непосредственных угроз интересам США; изменению соотношения сил в мире в пользу США в качестве результатов формирования проамериканских союзов и коалиций; как следствие военных конфликтов и войн, в результате которых США добились поставленных целей. Соответственно степень конфронтационности с Россией до 2050 годов может быть снижена. Теоретически даже до уровня «партнерских» отношений (при безусловном понимании того, что суть «партнерства» подчинение интересам США ослабленной России). 64

10 б). Сценарий «партнерские отношения» Гипотетически существует возможность развития сценария отношений США и России в границах подгруппы «партнерские отношения» группы позитивных сценариев (ТПСР МО), если развитие этого сценария будет сопровождаться, как минимум, тремя условиями: неожиданной и масштабной внешней угрозой; возникновением чрезвычайных природных, экономических и иных обстоятельств; неожиданными событиями, существенно осложняющими существование США после 204 года. Развитие такого, в принципе благоприятного для отношений между Россией и США сценария, теоретически возможно, но, как видно, только в случае возникновения каких-то особенных, не запланированных обстоятельств, способных постепенно в течение нескольких лет, внести коррективы в стратегию США. 65

11 в). Сценарий «война» Наконец, возможен и третий сценарий развития отношений США Россия в ближнесрочной и среднесрочной перспективе, способный радикально повлиять на МО в будущем. Этот сценарий может быть назван как «Война с Россией чужими руками». Среди политиков и экспертов в последние десятилетия сложилось мнение, что такой сценарий развития МО в мире с участием СССР (России) и США нереален, даже невозможен, хотя, как правило, употреблялся более обтекаемый термин «маловероятен». При этом исходили из посылки, что ядерное равновесие, сложившееся к началу 70-х годов ХХ века, сделало неоправданным риском любую политику и любые политические цели. Между тем, если говорить о реалиях, а не о желаемых последствиях ядерного равновесия, то такой военный конфликт, в т.ч. с применением ядерного оружия, никогда не исключался после достижения стратегического паритета, более того, допускался, планировался и к нему готовились. Ситуация радикально изменилась к началу XXI века, когда нарушение стратегического паритета стало вполне условным, хотя и по-прежнему очень раскованным вариантом политики: количество СНВ, систем боевого управления, союзников, систем ВТО и других факторов все более превращало ядерное сдерживание из стратегии в привычку, которую можно при определенных обстоятельствах игнорировать. Такой сценарий, означает развития МО в рамках подгруппы «откровенно конфронтационных» сценариев уже в настоящее время ((+ ) в матрице), означает, что Россию втягивают непосредственно в вооруженный конфликт в Евразии (на Украине, в Сирии, либо другом регионе), где ей будут противостоять непосредственно США и страны НАТО, а некий «облачный противник», с неизвестным политическим и военным центром реального управления, неизвестными источниками финансирования и материально-технического обеспечения и не известными до конца политическими целями. Главной целью реализации такого сценария в период годов является развал России как единого военно-политического и 66

12 экономического центра в условиях, когда ядерное противоборство невозможно. Такое военное противоборство переносится соответственно: по времени: на период после 2020 года, когда будет создана глобальная ПРО и потенциал ВТО; по участникам: когда непосредственное участие США и других стран ЕС рискованно и исключается; по средствам: когда вооруженные средства ограничиваются запретом на использование ОМУ, но активно применяются все силовые средства Запада без каких-либо серьезных ограничений. Безусловно сохраняются высокие риски прямой военной конфронтации России и США, однако они во многом нивелируются, если: США прямо, политически и военно не участвуют в вооруженном конфликте, сохраняют отношения и заявляют о готовности к переговорам; если не используется ОМУ, прежде всего ЯО; если в военный конфликт вовлечены неизвестные» политические силы и вооруженные формирования; если сохраняется превосходства в СМИ и средствах коммуникации; если существует возможность внутриполитической дестабилизации; если существует возможность внешнеполитической изоляции 67

13 г). Наиболее вероятный сценарий развития военно-политической обстановки в мире до 2030 годов и 2050 годов Ко второму десятилетию XXI века в российском экспертном сообществе не сложилось даже относительного единства относительно вероятных сценариев развития ВПО в мире и политики России. Существующий «разброс мнений» означает, что такие сценарии рассматриваются одновременно в самом широком диапазоне от «благоприятного» сценария развития ВПО до «негативноконфронтационного». Действительно, в Тезисах о внешней политике России ( гг.), подготовленных в РСМД в 202 году, например, откровенно заявляется о необходимости прозападного вектора внешней политики «в интересах модернизации»: «Национальные интересы России требуют самого широкого привлечения внешних ресурсов для модернизации на максимально благоприятных условиях. Это означает установление и поддержание стабильно мирных и партнерских отношений со странами, где сосредоточены модернизации. Среди них, главным образом, страны участники Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Потребности России в инвестициях и технологиях из этих стран будут возрастать на протяжении гг. независимо от сценариев развития российской экономики». Кроме того, в тех же тезисах говорилось о том, что «интеграция с отдельными странами СНГ не является средством решения ключевых проблем России»2. Вопросы обеспечения безопасности в этом сценарии очевидно рассматриваются в контексте союзнических отношений с США, НАТО и Евросоюзом: Главной задачей российской политики в отношении НАТО является формирование в Евроатлантике сообщества безопасности с участием Российской Федерации. Основными приоритетами на этом направлении на период гг. являются: Тезисы о внешней политике России ( гг.) / РСМД. М.: Спецкнига, Тезисы о внешней политике России ( гг.) / РСМД. М.: Спецкнига, 202. С. 9. С

14 трансформация российско-американских (и российско-западных) отношений в направлении стратегического сотрудничества, достижение договоренности с США/НАТО по ПРО в Европе, учитывающей интересы безопасности России; укрепление доверия посредством дальнейшего контроля над вооружениями, договоренности с США по нестратегическим системам крылатым ракетам и тактическому ядерному оружию в Европе; использование отношений Россия НАТО для модернизации системы внешней безопасности Российской Федерации». Соответственно, исходя из этих приоритетов, предлагаются и военнополитические приоритеты и основные направления российской военной политики на долгосрочную перспективу. В частности заведующий отделом ИМЭМО РАН А. Загорский предлагает, например, ликвидацию всех баллистических ракет наземного базирования (МБР) и ряд других сомнительным мер в области вооружений2. Существуют и прямо противоположные, полярные прогнозы и предложения, в частности, ссылки на официальных руководителей Генштаба ВС РФ, полагающих неизбежность войны между Россией и США. Примечательно, что тот же РСМД, возглавляемый бывшим министром иностранных дел И. Ивановым, буквально через два дня после публикации оценок А. Загорского предложил статью другого своего эксперта Валерия Алексеева, утверждавшего о «неизбежности войны» между Россией и США в ближайшие 0 5 лет. «Условия этого предполагаемого военного столкновения, определенные Алексеевым, следующие: военный конфликт между США и РФ проходит в некоем далеком от центра периферийном районе; столкновение между США и РФ опосредовано некоей третьей силой, выступающей на стороне американцев, т.е. военный конфликт РФ и США имеет непрямой характер. Последнее обстоятельство не исключает вступления США в военные действия на заключительной фазе; Тезисы о внешней политике России ( гг.) / РСМД. М.: Спецкнига, 202. С Загорский А. Радикальное сокращение ядерных вооружений укрепит безопасность России / РСМД сентября / 69

15 военные действия будут вестись на базе обычных вооружений, что, впрочем, не исключает возможность в какой-то момент конфликта ограниченного применения ядерного оружия. Война, как известно, по классическому определению является продолжением политики иными средствами, поэтому каждый из участников конфликта преследует в конфликте собственные цели. США создание условий для дестабилизации РФ и изменения мирового порядка, являющегося в настоящее время продолжением Ялтинско-Потсдамской системы. Россия легитимации в глазах населения общественной системы, возникшей после 99 года, и продолжение диалога с США на базе собственных интересов. Выступление третьего участника конфликта на стороне США не исключает того, что он преследует в нем собственные интересы. Таким образом, очевидно, что для модели гипотетического будущего военного конфликта эксперт РСМД использовал пятидневную войну РФ с Грузией в августе 2008 года, которая, на самом деле, была непрямым военным конфликтом США и РФ. В отличие от событий 2008 года, Алексеев полагает, что новый военный конфликт РФ и США будет более продолжительным по времени и более кровопролитным. Возможный военный конфликт между РФ и США не перерастет в тотальную войну. Однако он может привести к таким результатам, что каждая из участвующих в конфликте сторон объявит его результаты своей победой». Далее Алексеев «перечисляет возможные сценарии военного конфликта: "третья русско-японская война", "арктическая война", "дальневосточная война" и т.д. Здесь надо сразу заметить, что автор рассматриваемой статьи выводит за скобки военного конфликта кризисные точки в СНГ. Он полагает, что "столкновение российских и американских вооруженных сил теоретически возможно в таких конфликтных точках СНГ, как Крым, Черное море, Закавказье. Однако подобный конфликт не позволит ни Москве, ни Вашингтону решить глубинные политические задачи. Для России победа в нем будет выглядеть слишком очевидной, а для США поставит вопрос об эскалации". Очевидно, что "пятидневная война" 2008 года подвела черту под возможностью военных авантюр подобного Сценарии возможного военного конфликта РФ и США: комментарий к статье эксперта РСМД Валерия Алексеева ноября / 70

16 рода. Алексеев пишет, что "наиболее реалистичным полигоном теоретически выступают: волнения в Белоруссии, вызванные возможным ее выходом из Союзного государства", но почему-то умалчивает о конфликтном потенциале Украины. Означенные сценарии не дают "третьего заинтересованного", который выступит инициатором подобного рода конфликта со стороны США. Не рассматривать же в качестве такового Польшу? Поэтому сомнительна эскалация военного конфликта вокруг Калининградской области из-за предъявления территориальных претензий на нее со стороны Польши или Германии, либо появления в ней сепаратистских настроений, которые будут поддержаны ЕС. Алексеев пишет о конфликтном потенциале проблемы статуса русскоязычного населения в Эстонии и Латвии. Однако в этой ситуации инициатива конфликта должна опять же исходить от прибалтов. Проблематичен предлагаемый Алексеевым и сценарий Тихоокеанского конфликта США и России, поскольку в нем отсутствует "третий заинтересованный". Конфликт в означенном варианте примет характер прямого столкновения США и РФ. В этом своем качестве он не отвечает базовым условиям гипотетического столкновения. "Дополнительным источником конфликта может послужить поддержка американцами сепаратистских тенденций на Дальнем Востоке", полагает при рассмотрении подобного варианта Алексеев. Но, где эти дальневосточные сепаратисты, спросим мы, при рассмотрении подобного варианта? Реальные сепаратистские движения на окраинах России могут проявиться лишь в ситуации ослабления центра в таком состоянии, когда он точно не сможет вести внешние войны. Также сомнителен предлагаемый Алексеевым сценарий "Арктической войны". Эксперт РСМД полагает, что "третьим заинтересованным" в ней могла бы выступить Канада. "Между Россией и Канадой сохраняется конфликт за статус Северного полюса. Для России выдавливание небольших канадских групп из российского сектора (возможно, после напряженного воздушного боя) будет выглядеть как "выстраданная победа", пишет эксперт РСМД. Подобный вариант, по крайней мере, смешон. Потенциальным враждебным России "канадским группам" негде 7

17 закрепиться в Арктике, разве что на дрейфующих льдах. Для подобного рода конфликта в Арктике нет каких-либо спорных островных территорий. Из всех рассмотренных и, как полагаем мы, нереальных сценариев остается один, достаточно проработанный экспертом вариант. Алексеев полагает, что идеальным полигоном для военного столкновения РФ и США выступает российско-японский территориальный спор. Для России Япония является сильным противником, обладающим, если не равенством, то даже превосходством в надводном флоте на Тихоокеанском театре военных действий. Однако фактор российской авиации, особенно стратегического назначения, делает конечную победу Москвы несомненной, полагает эксперт РСМД. В означенном конфликте представлен и "третий заинтересованный". В самой Японии есть силы, которые могут быть заинтересованы в поражении своей страны для ликвидации зависимости от США и обретения полновесного суверенитета и создания полноценных вооруженных сил. При наличии у Вашингтона и Токио союзного договора 960 года, русско-японская война будет выглядеть как проявление слабости США, если они в войну не вступят. Для Соединенных Штатов конфликт может также сыграть позитивную роль». Между тем представляется, что наиболее вероятным сценарием развития ВПО в мире будет сценарий, когда условия формирования мировой ВПО будут определяться не только США и Россией, но и другими, порой более важными обстоятельствами. Целесообразно привести некоторые из них, полагая, что отношения «Россия США» и сценарии их развития, обозначенные в указанной выше матрице сценариев, во многом будут предопределяться факторами иного «более высокого», цивилизационного порядка. В частности, основной и наиболее вероятный сценарий развития ВПО в мире и его составная часть военно-политические отношения будут зависеть от развития следующих факторов. Во-первых, способности США реализовать свою стратегию создания подконтрольных сообществ Трансатлантического партнерства (ТАП) и Сценарии возможного военного конфликта РФ и США: комментарий к статье эксперта РСМД Валерия Алексеева ноября / 72

18 Транстихоокеанского партнерства (ТТП), которые смогут обеспечить сохранение в будущем американского мирового лидерства. Очевидно, в т.ч. и для США, что сохранение «контрольного пакета» управления в мире будет возможно только в том случае, если США смогут мобилизовать и повысить эффективность своего сотрудничества как с традиционными союзниками, так и новыми партнерами. Во-вторых, будущая ВПО в мире будет зависеть от того, насколько успешным будет не только опережающее развитие новых центров силы, но и их способность превратиться в «центры консолидации». В частности, речь идет о том, насколько быстро и эффективно будут развиваться такие новые центры силы как БРИКС, ШОС, АСЕАН и др. Очевидно, например, что превращение БРИКСа из «клуба по интересам» в политический и финансовый союз, которое наметилось летом 204 года, означает, что воник серьезный политический и экономический противовес США и создаваемому или поясу из двух партнерств ТТП и ТАП. В-третьих, в значительной степени влияние на формирование будущей ВПО в мире окажет возможность создания по сути нового военнополитического центра силы на базе ОДКБ и Евразийского союза. Если допустить, что в него войдут (кроме Казахстана, Белоруссии, России, Армении и Киргизии) другие государства, в частности те, 20 стран, которые заявили о готовности участвовать в ТС, то это, безусловно, будет означать, что в мире появился новый политический, экономический и военный центр силы. В-четвертых, большое значение будет иметь усиление КНР и трансформация его военно-политической доктрины, в частности, с точки зрения превращения его в активного субъекта мировой ВПО. Китай, как известно, «отказался принимать американские правила игры, например, на переговорах по торговле, климатическим изменениям, интеллектуальной собственности. Несмотря на обвинения в валютных манипуляциях, которые выдвигаются против КНР в США в связи огромным торговым дисбалансом между двумя странами, Пекин пошел лишь на незначительные уступки и не согласился на ревальвацию. Как констатировал Роберт Зеллик, «Китай оказался недовольным акционером». Пекин отказался сотрудничать на условиях Вашингтона, 73

19 утверждает известный американский политический аналитик Фарид Закария. Новый руководитель КНР Си Цзиньпин на заседании Всекитайского собрания народных представителей провозгласил: «Нам необходимо умножать свои силы и неуклонно идти вперед для того, чтобы в дальнейшем продвинуть вперед социализм с китайской спецификой и бороться за достижение «китайской мечты» о великом возрождении китайской нации». Председатель КНР напомнил о 70 годах, прошедших со времени первой Опиумной войны ( ), о всей пятитысячелетней истории китайской цивилизации. «Китайская нация - это нация, обладающая беспрецедентной созидательной силой», подчеркнул Си Цзиньпин. Он заявил, что Вооружённые силы КНР должны находиться «в полной боевой готовности для обеспечения победы в любой войне». Как утверждают некоторые американские эксперты, «Пекин считает, что США являются одновременно и величайшей угрозой национальной безопасности Китая, и приходящей в упадок державой». «Китай намерен стать величайшей державой мира и быть признанным как Китай, а не как почетный член западного сообщества», заявил бывший премьер-министр Сингапура Ли Куан Ю». Наконец, в-пятых, существует множество иных глобальных трендов научно-технических, финансовых, цивилизационных и др., которые будут влиять на формирование наиболее вероятного сценария развития ВПО. Само существование этих внешних по отношению к США и РФ факторов, их потенциальное влияние и направленность свидетельствует о том, что наиболее вероятный будущий сценарий ВПО будет развиваться при постоянно усиливающемся воздействии с их стороны. Сказанное означает, что относительное значение собственной политики США в мире будет уменьшаться под воздействием этих факторов, а способность США влиять на их эволюцию посредством международных инструментов, в частности, созданием ТАП и ТТП, будет решающей. Сказанное означает, что будущий сценарий развития ВПО в мире во все возрастающей степени будет определяться внешними факторами, Рогов С. Доктрина Обамы. Властелин двух колец / Эл. ресурс: РСМД мая / 74

20 прежде всего способностью ведущих государств объединить вокруг себя другие страны, создать новые политические союзы и военно-политические коалиции. По сути дела это означает, что набор сценариев развития ВПО будет во многом идентичен набору сценариев возможных военнополитических коалиций. Их число теоретически достаточно ограничено, а практически в будущем будет еще меньше. Теоретически возможные сценарии военно-политических коалиций. США НАТО ТАП ТТП. 2. КНР страны ЦА, АСЕАН, Ближнего и Среднего Востока, Африки и Л. Америки. 3. БРИКС (возможно в расширенном составе), как политический, экономический и иной союз. 4. «Исламский халифат» как союз большинства мусульманских государств и организаций. Нетрудно обнаружить, что (за исключением БРИКС) политическая вероятность таких коалиций совпадает во многом с их цивилизационной идентичностью, что также означает, что в эволюции военно-политической обстановки цивилизационные и гуманитарные факторы будут приобретать все возрастающее значение. Таким образом, рассматривая возможность реализации нескольких сценариев (в данном случае развития отношений между Россией и США и их влиянием на формирование МО), мы констатируем, что: существует большое количество возможных и вероятных сценариев развития МО в мире, когда участвуют все основные субъекты (акторы) МО и влияют основные тренды мирового развития. Их анализ и прогноз необходимы для того, чтобы не ограничиваться только несколькими группами факторов. Количество сценариев и их вероятность определяется как количеством участников МО, так и системой взаимоотношений между ними; основные тенденции в развитии МО определяются тенденциями в развитии ЧЦ, которые предопределяют границы, вероятность и характер сценариев развития МО, детерминируют тенденции мирового развития, значение и роль основных участников и других акторов МО; 75

21 существует достаточно ограниченное количество групп и подгрупп сценариев развития МО, определяемых на основе современного анализа МО, политики и потенциалов отдельных государств, основными национальными интересами и мотивами поведения правящих элит; Анализ существующих сценариев развития позволяет сделать их вероятностный прогноз, существенно ограничив количество их вариантов на среднесрочную и долгосрочную перспективу; смена мировых парадигм развития, соотношения сил и политик отдельных субъектов МО может вести к изменениям в сценариях развития МО в существенной их части, превращения бывших врагов в союзников и наоборот, в зависимости от совпадения (или несовпадения) основных групп интересов к тому периоду времени. Анализ и стратегический прогноз сценариев развития МО дает серьезные основания для анализа и прогноза отдельной составной части МО военно-политической обстановки (ВПО), которая, с одной стороны, является одной лишь частью МО, но с другой, проникает во все другие области МО политику, экономику, гуманитарные отношения между этносами, нациями и государствами. 76

22 Анализ сценариев развития военно-политической обстановки (ВПО) и стратегический прогноз до 2030 и 2050 годов Вассалы Франции искусно поставлены в положение белки, долженствующей вертеть колесо милитаризма А.Свечин, военный теоретик На основе данного документа («Основы политики Российской Федерации в области развития обороннопромышленного комплекса на период до 2020 года и дальнейшую перспективу») и с учетом финансовых возможностей страны разрабатывается национальная программа развитии ОПК 2 Б. Кузык, В. Кушлин, Ю. Яковец, эксперты Как уже говорилось выше, существующие будущие сценарии развития ВПО являются логическим следствием развития сценариев МО, их естественной, составной частью. Это означает, что анализ существующих сценариев развития ВПО в мире и их прогноз на период до 2030 и 2050 годов предполагает изначально попытку систематизации таких сценариев (по аналогии с систематизацией сценариев по группам и подгруппам МО), в силу их огромного вероятного количества, во-первых. Во-вторых, для логической привязки сценариев ВПО к развитию существующих и прогнозных сценариев развития международной обстановки. Надо отчетливо понимать, что не только развитие сценариев ВПО и СО, но и во многом вся военная политика государства формируется под прямым влиянием МО (и развитием конкретных сценариев МО), которые формируют конкретные внешние условия существования государств и конкретные внешние и военные угрозы3. Западные политики, военные и эксперты также исходят из этой последовательности, описывая ее, например, следующим образом4. Цит. по: Кокошин А.А. Выдающийся отечественный военный теоретик и военачальник. А.А.Свечин. М.: МГУ, 203. С Кузык Б.Н., Кушлин В.И., Яковец Ю.В. Прогнозирование, стратегическое планирование и национальное программирование. М.: Экономика, 20. С См. подробнее: Подберезкин А.И. Военные угрозы России. М.: МГИМО(У) Col. Dr. Catalin-Marius Tarnacop. Arrangements and procedures to assess security risks and national defence requirements / NATO Studies Centre 77

23 В этой связи целесообразно выделить возможные и вероятные сценарии развития ВПО из соответствующих сценариев развития МО, о которых говорилось выше, объединив их также в соответствующие группы и подгруппы по аналогии с соответствующими группами сценариев развития МО. Для того, чтобы избежать чрезмерной детализации и сохранить логику исследования предлагается (также как и в случае с анализом сценариев МО) рассмотреть отношения двух основных субъектов ВПО России и США. Также как и в прежней матрице попытаемся количественно оценить вероятно развития таких возможных сценариев ВПО от 0 до

24 Группы и подгруппы сценариев развития ВПО, вытекающие из соответствующих групп и подгрупп сценариев развития МО (на примере России и США) союзнические отношения прогноз до 2050 г. Сценарий формирования военно-политического союза Сценарий создания политической коалиции партнерские отношения прогноз до 2030 г. Сценарий военнополитического сотрудничества в мире и в отдельных регионах + + откровенно враждебные конфронтационные сценарии Соединенные Штаты Америки Группы и подгруппы настоящее сценариев развития ВПО время Сценарий формирования враждебной коалиции Сценарий геополитической военной изоляции и инфраструктур Сценарий создания «облачного противника в СНГ» Сценарий военной провокации в СНГ подгруппа сценариев подгруппа сценариев изолирования игнорирования Группа негативных (ГНСР МО) сценариев развития МО Группа позитивных сценариев развития МО (ГПСР МО) Группы и подгруппы сценариев МО Группа нейтральных сценариев развития МО (ГНСЦР МО) Субъекты сценариев МО и ВПО (США и РФ) Российская Федерация Сценарий фактической военнополитической изоляции +3 область вероятных сценариев развития МО Сценарий противодействия любой активности РФ в ВТС и военно-политической области 79

25 Как видно из расположения сценариев развития ВПО, он являются следствием и производными от сценариев развития МО. Вместе с тем они отличаются определенными особенностями, а именно: в сценариях ВПО минимизирована доля сотрудничества и ее роль в отношениях между государствами и, наоборот, более четко и выпукло представлены варианты реализма и противоборства, хотя если речь идет о некоторых областях сотрудничества (назовем их «избранными»), то эти области могут существовать параллельно с развитием конфронтационных сценариев. Такая «совместимость» не удивительна. Достаточно вспомнить, что накануне Великой Отечественной войны, буквально за день до ее начала, не прекращались взаимные поставки сырья и техники Германии и СССР. Как видно из матрицы, формализующей основные группы и подгруппы развития сценариев ВПО, область таких сценариев сосредоточена между «минимальными партнерскими отношениями» (+ ) и «максимально враждебными» сценариями в 204 году с устойчивой тенденцией к ухудшению. Как также в случае с группами и подгруппами сценариев развития МО, вероятные сценарии достаточно определенно выделяются из числа возможных сценариев в отдельную область, границы которой вполне обозначены по времени и по характеру военно-политических отношений. Если говорить коротко, то: остается минимальная возможность сотрудничества в некоторых областях, где сохраняется пока что взаимный интерес, который, однако, достаточно быстро сокращается, а именно: региональные конфликты; ограничения ОМУ; сокращения ЯО; международный терроризм. одновременно расширяется пространство конфликтности и соперничества. Эта тенденция будет определять военно-политические отношения РФ и США в ближайшие годы и в более отдаленной перспективе. Ситуация может измениться после 2030 годов, когда реальностью станет неизбежное растущее противоборство новых центров силы с монополией на власть США. 80

26 Под таким углом зрения можно рассмотреть некоторые вероятные сценарии развития ВПО, выделив их из великого множества потенциально возможных сценариев развития ВПО. Наконец, необходимо помнить и то, что развитие СО также имеет определенное влияние на выбор и развитие сценариев ВПО. В военной истории бывали примеры того, как неожиданная и быстрая военная победа коренным образом меняла военно-политическую обстановку. Тем более это влияние будет заметнее в будущем, когда будут использоваться качественно новые ВиВТ и способы их применения. Речь может идти, например, об использовании сил природы, в частности климата. Эти способы пока что рассматривались только как гипотетические (например, идея А. Сахарова об искусственных цунами), однако по мере развития и обострения ВПО в мире к ней неизбежно вращаться вновь. В частности, авторы одной из работ следующим образом видят эту картину. Амурская государственная медицинская академия Кафедра мобилизационной подготовки здравоохранения и медицины катастроф / Основы мобилизационной подготовки здравоохранения Благовещенск 200 / aneniya_.pdf. С

27 Таким образом последовательное развитие ВПО, вытекающее из закономерностей развития ЧЦ, МО, а также изменения в возможных сценариях СО позволяют в целом создать некоторые логические модели сценариев будущей ВПО и СО, которые можно использовать в целях стратегического прогноза и планирования в военно-политической области. Частные - военно-политические и иные сценарии могут в определенной степени иллюстрировать логику и закономерности формирования будущих ВПО и СО. Что уже само по себе не мало, так как дает некоторые ориентиры для будущей военной политики. 82

28 а). Сценарий «общецивилизационного благополучия», позитивные сценарии развития ВПО до 2030 и 2050 годов Сценарий «общецивилизационного благополучия» возможный, но наименее вероятный из возможных сценариев развития человеческой цивилизации, МО и, как следствие, ВПО. Его полностью исключать нельзя так как неожиданные события и повороты в развитии ЧЦ могут привести к резкой смене парадигм. Так. во второй половине 40-ъ годов ХХ века достаточно неожиданно для всех была создана новая система международных отношений, которая основывалась на договоренностях держав победителей у учрежденной в этих целях ООН. До этого такие попытки предпринимались накануне -ой Мировой войны и при создании Лиги наций. Этот сценарий развития ВПО предполагает, что: США откажутся от претензий на мировое лидерство и абсолютную справедливость свои действий (что совершенно противоречит, например, стратегическому выступлению Б. Обамы в мае (204 в Вест-Пойнте); США согласятся на принципы равной безопасности и уважения суверенитета; США согласятся на равное отношение к разным системам ценностей, идеологии и национальным интересам; США откажутся от формирования наступательных военнополитических коалиций и т.д. Очевидно, что подобных действий США никогда не предпримут и от них этого, по большому счету, никто и не ждет. 83

29 б). Сценарий развития евразийской системы безопасности В качестве наиболее существенного риска в Moody`s называют «геополитическую поляризацию» в регионе: Армения, Белоруссия и Казахстан сохраняют тесные связи с Россией, тогда как Грузия, Молдавия и Украина все активнее сотрудничает с Евросоюзом В дипломатии наступательная инициатива лучший способ защиты государственных интересов2 А. Громыко, министр иностранных дел СССР Т. Едовина Любая система безопасности мировая, региональная, национальная имеет прежде всего пространственно-геополитическое измерение. Даже расширение воздушно-космического пространства до глобального ТВД не отменяет этой характеристики потому, что конечные объекты безопасности и субъекты ВПО расположены на поверхности земли и воды. Так, оценивая демографические ресурсы (и, кстати, также мобилизационные ресурсы планеты во втором десятилетии XXI века и через 30 лет, мы видим что количественно и, главное, качественно к 2040 году они будут составлять большинство населения мира и соответственно самые массовые вооруженные силы. Едовина Т. Кризис вокруг Украины скажется на кредитных рейтингах стран СНГ // Коммерсант мая. С Цит. по: Громыко А.А. Полет его стрелы. М.: Научная книга С

30 Институт энергетических исследований российской академии наук. Аналитический центр при правительстве Российской Федерации. Прогноз развития энергетики мира и России до 2040 года / С

31 2 2 Институт энергетических исследований российской академии наук. Аналитический центр при правительстве Российской Федерации. Прогноз развития энергетики мира и России до 2040 года / С

32 Геополитика, география и внешняя торговля, которая по темпам развития будет опережать темпы роста ВВП, неизбежно будут предопределять и развитие международных военно-политических отношений. Эту закономерность не отменяет даже то обстоятельство, что имели место мировые (глобальные) войны, а в послевоенный период некоторые государства и блоки пытались заявить о своей «глобальной ответственности». И в случаях мировых войн, и в процесс строительства военных организаций в относительно мирные периоды всегда сохранялся главный, основной потенциальный ТВД, от результатов военных действий на котором зависел исход войны и военное планирование. В ходе Первой и Второй Мировых войн таким ТВД была западная часть Евразии Европа, хотя военные действия шли и на Тихоокеанском ТВД, и в Африке, и в Азии. Более того, есть основания полагать, что численность погибших, во время Второй Мировой войны в Азии могла быть сопоставима с военными потерями в Европе, но это отнюдь не отменяет вывода о решающем значении ТВД в Европе. В настоящее время, а тем более в долгосрочной перспективе лет, есть все основания полагать, что главным и решающим ТВД станет Евразия, причем, как и во времени Крымской войны, Первой и Второй Мировых войн, военные действия охватят все части Евразии и прилегающих акваторий, включая Арктику. В этой связи любой стратегический прогноз и планирования должны начинаться с геополитического анализа и перспектив развития ВПО в Евразии. Стратегический военный прогноз и стратегическое военное планирование в России должны исходить из того очевидного факта, что будущая военнополитическая обстановка (ВПО) будет являться лишь частью будущей международной обстановки (МО) и следствием сложившейся к тому времени системы международной и региональной безопасности. При этом надо исходить из того, что сегодня: не существует системы европейской и евразийской безопасности, для всех, а реально существующая система Североатлантическая направлена на обеспечение интересов только части государств; маловероятно, учитывая позицию Запада, что удастся сложить единую и справедливую систему безопасности в Евразии «от Лиссабона до Владивостока»; существует возможность создания системы безопасности в Азии либо с участием КНР и России, либо отдельных систем безопасности. В мае 204 года тенденции были таковы, что потенциальная возможность создания системы безопасности в Азии, в основе которой лежали бы отношения КНР и России, выглядели вполне реальными. В Азии необходимо создать новую архитектуру 87

33 безопасности при участии России, заявил председатель КНР Си Цзиньпин на пленарном заседании Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии СВМДА, который проходит во время визита и при участии президента РФ Владимира Путина. В своем выступлении лидер КНР, в частности, обратил внимание на необходимость совместной борьбы против «трех зол» и констатировал, что, «несмотря на растущие угрозы и вызовы, Азия остается перспективным и динамичным регионом». Си Цзиньпин подчеркнул, что «безопасность должна быть универсальной», и пояснил, что безопасность одних стран не может обеспечиваться за счет безопасности других. «Споры нужно решать только мирными средствами, исключая возможность применения силы или угрозы ее применения», подчеркнул председатель КНР. Он добавил, что Совещание заинтересовано также в развитии отношений в сфере экономики и экологии. «Народы Азии испытывают сильное чаяние к международному миру и стабильности», подытожил Си Цзиньпин. Ко второму десятилетию XXI веке в мире сложилась единственная реальная военная система безопасности, основанная на системе ценностей, общих и национальных интересах и военной мощи западных государств, в основе которой лежит система военно-политических союзов, коалиций и договоренностей с США. Это простая констатация факта, признание того, что ни нарождающиеся новые центры силы Китай, Индия, Россия, Бразилия, ни существующие системы международной и региональной безопасности не могут пока что стать реальными альтернативами сложившейся системе обеспечения безопасности под эгидой США. Как, необходима признать и то, что США и большинство их союзников такая ситуация абсолютно устраивает и они не планируют изменение парадигмы безопасности, основанной в ХХ веке на этой системе. Именно этим объясняется нежелание США и их союзников развивать прежние международные институты (ООН, ОБСЕ и др.) и создавать новые институты международной и региональной безопасности, которые могут стать альтернативой уже существующей под эгидой США системам. И, наоборот, отчетливо прослеживается стремление США не только укрепить контролируемую систему безопасности, но и расширить ее возможности за счет увеличения ее функций, вовлечения новых членов и укрепления Китай призвал Россию и других соседей создать новую архитектуру безопасности в Азии и вместе бороться против "трех зол" / Эл. ресурс: "NEWSru.com :: В мире" 2 мая 204 г. / 88

34 обязательств. Отчетливо стал замечен тренд «геополитической поляризации», обозначенный еще в ХХ веке З. Бжезинским. Если во времена «холодной войн» расхождения между государствами и коалициями трактовались как идеологические и ценностные, то в XXI веке, когда идеологические и ценностные противоречия отошли на второй план, отчетливо проявилась другая, подлинная сущность - геополитическая, когда идеологические, ценностные и даже экономические противоречия становятся лишь аргументами, «отблесками» более глубоких, геополитических противоречий господства и контроля. По этому поводу директор Института региональных проблем Н. Миронов справедливо заметил: «Черно-белая» шахматная (по Бжезинскому) картина мира ничего общего не имеет с идеологией либерализма и его базовыми принципами: правового государства, представительной демократии, политического плюрализма, конституционного устройства власти на основе диалоговых, парламентских форм выработки решений. Защита свободы и конституции в устах апологетов украинских и критиков российских реформ это всего лишь ширма, прикрытие и обоснование конъюнктурных политических интересов». Таким образом следует признать (и события 2008 года в Грузии и 204 года на Украине это подтвердили), что во втором десятилетии XXI века в мире существовала единственная полноценная система обеспечения безопасности для определенного круга государств во главе с США, объединенных единой системой геополитических интересов господства, маскируемых защитой либеральных ценностей, совпадением экономических и иных интересов. Эта система безопасности объективно не заинтересована в появлении новой всеобъемлющей системы безопасности, которая могла бы стать альтернативной. Более того, эта система препятствует малейшему движению в этом направлении. Известно, что важнейшим условием, определяющим стратегическое военное планирование на долгосрочную перспективу, является прогноз будущей военнополитической обстановки (ВПО) в мире 2 вытекающий из прогноза геополитической обстановки. В этом смысле можно констатировать, что в начале XXI века начался процесс геополитической поляризации, который характеризуется не только появлением и усилением новых центров силы в мире, но и нарастание между этими центрами силы геополитических противоречий. В таких условиях преобладающими становятся тенденции консолидации вокруг Миронов Н.М. Тирания меньшинства // Независимая газета мая. С См. подробнее: Подберезкин А.И. Военные угрозы России. М.: МГИМО(У)

35 этих центров силы других государств и организаций, формирование новых и развитие существующих коалиций. Естественно, что эти тенденции идут откровенно в противоречие с усилиями по созданию всеобщей или региональной системы безопасности, изначально (как это было с инициативой России по созданию европейской системы безопасности) обесценивают все усилия. Такой военно-политической контекст современной международной и военно-политической обстановки (МО и ВПО) дополняется радикальными изменениями в ВиВТ, а также способах их использования (военном искусстве). Прежде всего, речь идет о том, что резкое усиление военнополитического значения систем ПРО и ПВО в конце ХХ века привело к тому, что само представление о безопасности и мерах ее обеспечения в мире, регионах и отдельных странах стало стремительно меняться. Так, глобализация привела к тому, что процентов торгового оборота (поставок сырья, промежуточных продуктов переработки, средств производства, транспорта, реализации и т.д.) до формируется за счет глобальных промышленных цепочек. В некоторых отраслях России, например, фармацевтике, эта доля достигает 80% и изменить ее быстро невозможно. Возникает ситуация импортной зависимости и взаимозависимости, которая в политическом и военном плане выгодна тем странами лидерам, которые создают эти «производственно-транспортные цепочки» и в наименьшей степени от них зависят. Очевидный и яркий пример в ходе политического конфликта на Украине отказ банковских систем «VISA» и «MasterCard», где доля российских клиентов не достигала 5%. В растущем геополитическом противостоянии безопасности государств уже не может быть обеспечена только традиционными средствами обеспечения военной безопасности. Логика такова: наряду со средствами вооруженной борьбы (которые будут продолжать модернизироваться) и созданием качественно новых видов и систем ВиВТ, появляются силовые (но не военные) средства противодействия. Речь идет прежде всего о том, что сами средства обеспечения безопасности в XXI веке стремительно меняются, во-первых, и появляются новые, во-вторых. Происходит очевидный процесс выделения невоенных средств ведения силовых Миронов В. Обходимся своим // Российская газета мая. С

36 действий прежде всего информационно-пропагандистских, гуманитарных, культурно-образовательных, сетевых, организационных, политикодипломатических, экономических, финансовых и пр. которые становятся главными инструментами обеспечения или дезинтеграции национальной безопасности. В это же время происходит дальнейшая диверсификация традиционных и новых средств вооруженной борьбы, среди которых выделяются в качестве ведущих такие, как силы для специальных операций, «частные армии», гражданские вооруженные формирования и т.д. Отдельно следует сказать о появлении и стремительно растущем значении высокоточного оружия и средств воздушно-космической обороны (ВТО и ВКО), которые должны обеспечить «силовой фон» для применения силовых и вооруженных невоенных акций. Без гарантированного «прикрытия» с воздуха применение любых силовых средств как вооруженных, так и гражданских бессмысленно. Эти же средства нападения и обороны способны гарантировать достижения политических целей конфликта на стадиях, когда они еще не переходят в масштабные вооруженные операции. Таким образом в XXI веке способность обеспечения национальной безопасности и суверенитета государств зависит от двух основных силовых групп: невоенных и собственно военных, среди которых выделяются отдельные способы и средства, которые можно изобразить на следующей логической схеме. 9

37 92

38 Если говорить коротко, то суть этих изменений свелась к возникновению во многом тождественности между понятием «безопасность» (которое в ХХ веке несло преимущественно политическую нагрузку) и способностью гарантировать, пример, эффективную ВКО. Такое же тождество, по сути, возникло и между понятием «суверенитет государства» и «эффективная ВКО». События в Югославии, Афганистане, Ираке и Ливии продемонстрировали наглядно, что политические цели войны достигались преимущественно при помощи применения высокоточных систем оружия, которые поражали в приоритетном порядке: цели политического руководства и административного управлении; средства ПВО и военного управления; средства, обеспечивающие коммуникацию, связь и распространение информации, включая СМИ; собственно военные цели и объекты промышленности. Таким образом возникла тесная взаимосвязь между способностью обеспечить военную безопасность от воздушно-космического нападения с понятием «национальный суверенитет» и региональной и международной безопасностью. Система международной или региональной безопасности, которая не гарантирует защиты от воздушно-космического нападения (т.е. высокой степени военно-политической интеграции ВС и военнополитического руководства), стала в XXI веке простой фикцией. Это наглядно проявилось в ходе воздушно-космических операций против Югославии, Афганистана, Ирака и Ливии, которые входили в систему международной безопасности под эгидой ООН, Лигой арабских государств и др. организаций. 93

39 в). Сценарий геополитической военно-политической поляризации Центристы (В. Путин) апеллируют к идее национального развития но не способны сформулировать последовательную концепцию или стратегию для воплощения в жизнь этой идеи События последних двух десятилетий и задачи созидания новой России поставили наше общество перед необходимостью определения новой российской идентичности2 Р. Саква, английский политолог А. Торкунов, профессор МГИМО(У) Сценарий геополитической военно-политической поляризации является одним из вариантов негативного развития международной обстановки (МО). Он является составной частью процесса развития негативного геополитического сценария, предусматривающего консолидацию ресурсов союзников и партнеров США в глобальном масштабе, но, прежде всего, в рамках Трансатлантического (ТАП) и Транстихоокеанского (ТТП) партнерств. Если говорить о Европе, то этот процесс объясняется относительным игнорированием со стороны некоторых стран-членов НАТО общих потребностей блока в последние годы. Это хорошо видно на примере изменения относительной доли ведущих стран НАТО в общих объемах военных расходов. Саква Р. Диалог и разногласия // Российская газета ноября. С. 8. Торкунов А. В. Современная история России в международном контексте // Вестник МГИМО(У) (27). С

40 3 Эта тенденция увеличения доли США в военных расходах объективно противоречат двум другим трендам падению доли ВВП США в мире и относительному сокращению их военных расходов в последние 2 3 года (которые последовали после сверхбыстрого, почти на 00% роста военного бюджета США в начале XXI века). Соответственно эта динамика не может не сказаться на росте боевой эффективности НАТО, которому в США придают огромное значение. По 3 Аспекты безопасности. /203. С. 9 / 95

41 существу, происходит отставание от выполнения «плановых» показателей, что хорошо видно на следующей диаграмме. Сценарий усиления геополитической поляризации, частным вариантом которого является военно-политическая поляризация, становятся в начале XXI века одним из доминирующих сценариев развития ВПО в мире. Он, в частности, предполагает, что: роль международных организаций и авторитет международного права существенно слабеют; возрастает значение военно-политических и иных коалиций и союзов, включая региональные ассоциации и объединения, а также согласованных их действий в разных областях; происходит постепенная кристаллизация участников МО вокруг определенных центров силы, представляющих противоборствующие тенденции постепенно ослабевает тенденция односторонних военных и военнополитических действий отдельных акторов государств, организаций, уступающих постепенно место согласованным действиям групп государств. Так, вооруженный конфликт на Украине в первой половине 204 года в полной мере продемонстрировал наличие этих тенденций: ослабление роли ООН, ОБСЕ и других организаций (ИКАО, ЮНЕСКО и т.д.); 96

42 возрастание роли НАТО, ЕС «шестерки» и двусторонних отношений США, в т.ч. в информационной, экономической и др. деятельности; консолидация позиций западных стран вокруг позиции США; снижение активности односторонних действий. Более того, если судить о характере военной активности участников ВПО в начале XXI века, то эти тенденции полностью подтверждаются. В частности, если в 2002 году численность односторонних акций существенно (на 40%) превышала численность международных конфликтов, то в 202 году, наоборот. Увеличилось и количество акций, предпринимаемых негосударственными акторами (как правило, по инициативе враждебных государств). Это хорошо видно из статистики, подготовленной СИПРИ. Эти существенные изменения коренным образом повлияли на состояние и перспективы международной и региональной безопасности важнейшая A summary of SIPRI Yearbook P. 0 / 97

43 характеристика состояния и перспектив ВПО в мире. Характеризуя современное состояние следует признать очевидное: создание системы евразийской безопасности «от Лиссабона до Владивостока», которое долгое время декларировалось в качестве главной цели, остается и будет в будущем не более, чем политическим лозунгом, о котором вспоминают каждый раз по соответствующему случаю, но который в ближайшей перспективе не станет реальной политикой в Европе и Евразии. На деле США консолидирует Запад, создавая исключительно «для себя» систему безопасности, основанную на НАТО, которая в XXI расширяется уже не только в Европе, но и в ЦА и Ю-В Азии. Эта система безопасности, созданная США после Второй мировой войны, надо признать, вполне эффективно защищала американо-британские интересы в мире в последние 60 лет и ни у США, ни у Великобритании нет оснований ее менять в угоду создания какой-либо иной системе. Более того, существующая мировая финансово-экономическая система очевидно наиболее выгодна двум крупнейшим мировым финансовым центрам Нью-Йорку и Лондону, которые извлекают максимальную выгоду, управляя мировыми финансами и контролируя основные международные финансовые институты. Так, например, основной внешний государственный долг сохраняется за США и Великобританией, которые «позволили» участвовать в этом процессе Германии и Франции на более скромных условиях. Валовой внешний долг, млн долл. США, 202 г.2 Страна Соединенные Штаты Америки Значение 5,680,472 2 Соединенное Королевство 9,47,208 3 Германия 5,78,982 4 Франция 5,370,709 5 Люксембург 2,7,909 6 Италия 2,499,602 7 Нидерланды 2,493,906 8 Испания 2,278,705 9 Ирландия 2,63,92 Подберезкин А.И. Военные угрозы России. М.: МГИМО(У) База данных по транспортной статистике ЕЭК ООН / ece.org/pxweb/quickstatistics/readtable.asp?qs_id=7&lang=

44 0 Швейцария,563,79 Бельгия,423,730 2 Канада,33,262 3 Швеция,039,336 4 Австрия 808,40 5 Норвегия 723,066 6 Российская Федерация 63,784 Как видно из приведенных данных, англо-американский финансовый контроль в мире позволяет США и Великобритании кредитоваться за счет мировой экономики. Очевидно, что подобная ситуация не может устраивать другие страны, прежде всего те, масштабы и темпы роста экономики которых позволяют им претендовать на свою роль в мировых финансово-экономических процессах. Речь идет прежде всего о странах БРИКС, которые начали играть все более активную не только экономическую, но и политическую роль. Причем в разных регионах фиксируется разное напряжение между старыми и новыми центрами силы от наиболее сильного противоречия, назревшего в АТР до относительно скрытого напряжении в Африке. Отсутствие эффективных политических механизмов обеспечения безопасности в XXI веке, означает, что в действительности для ряда стран такие механизмы созданы и действуют (НАТО ЕС), а для некоторых еще только находятся в стадии формирования (ШОС БРИКС). Так, в «ATP фактически отсутствуют эффективные механизмы обеспечения безопасности на фоне сохраняющегося исторического соперничества между странами региона. Здесь существует не менее десяти застарелых территориальных споров, сохраняются тенденция отхода от режима нераспространения и ядерная проблема на Корейском полуострове. Беспокойство вызывают и односторонние планы создания системы ПРО в Северо-Восточной Азии (CBA)». справедливо фиксирует ситуацию известный специалист М. Титаренко. И далее он продолжает: «Несмотря на обилие международных, региональных и субрегиональных организаций, перед восточноазиатскими странами остро стоит проблема институализации региона. Создание структурированного сообщества сдерживают серьезные Внешняя политика России: Научное издание в 3 томах / РСМД. М.: Аспект Пресс. Т.. С

45 разногласия в регионе. Главный вопрос заключается в том, кто будет определять правила игры в этой динамично развивающейся зоне АТР и какими должны быть эти правила?» В частности, в рамках «двадцатки», чье значение постепенно становится больше, чем «восьмерки». Как пишет Н. Яковенко, «При этом аналитики обращают внимание и на то, что если в рамках «восьмерки» Россия вела партию, по сути дела в одиночку, то в «двадцатке» совершенно очевидна активная и солидарная линия стран единомышленников, партнеров, наконец, союзников. Более того, действиям стран Запада в попытке изолировать Россию и не допускать на саммит «двадцатки» в Австралии, партнеры по БРИКС дали жесткий отпор, и осудили практику санкций против России и неприемлемость попыток решать, кто вправе участвовать в саммитах «двадцатки», а кто нет. На эту ситуацию эксперты отреагировали однозначно: ожидаемый сюрприз для Западной группы стран. Более того, наблюдатели выражают удивление относительно того, что Западные политики не просчитывают такой очевидной реакции со стороны членов БРИКС»2. По мере изменения соотношения экономических, а теперь уже и политических сил не в пользу Запада, все больше значение приобретает сохранение за США Мирового лидерства в области наукоемких технологий (и как следствие, качестве ВиВТ) и военной мощи, а также тех военнополитических союзов и двусторонних отношений, которые позволяют США говорить о руководстве или глобальной военно-политической коалицией. Иными словами, сохранение рычагов управления мировыми финансами, торговлей и экономикой во многом зависит от способности обеспечить такой контроль военно-силовой поддержкой, существованием такой системы безопасности для стран-лидеров, которая обеспечивала сохранение геополитического и военно-политического статус-кво в мире. Угрозу, даже гипотетическую, такому изменению геополитического статус-кво, западные страны рассматривают в качестве прямой и непосредственной угрозе контролируемой или системы безопасности в мире Внешняя политика России: Научное издание в 3 томах / РСМД. М.: Аспект Пресс. Т.. С Яковенко Н. БРИКС: Новый расклад в мире / «ИноСМИ» апреля / 00

46 и способности управлять мировыми финансами, торговлей и экономикой. Кризис на Украине отчетливо показал как этот механизм действует на практике: достаточно было поставить под сомнение готовность Украины стать на крайне невыгодных условиях частью этого пространства, как были «включены» все механизмы политические, военные, финансовые для того, чтобы «исправить» эту ситуацию. «Исправление» этой ситуации предполагается в рамках развития сценария военно-политической консолидации, когда на разных уровнях и в разной степени зависимости от США создается система военнополитических отношений, подконтрольная именно США. Одним из таких примеров может стать политика субрегионального военного сотрудничества в Европе. 0

47 Соответственно надо признать, что без политической и военной интеграции евразийских государств (не вошедших в НАТО или систему военных союзов, создаваемых США), обеспеченной сознательной информационной и культурно-образовательной (идеологической) политикой, обеспечение безопасности в Евразии и проект евразийской интеграции превратится в простое соглашение о торговле. Тем более, что Аспекты безопасности. europe.org/bulleting/secaspects-203.pdf /203. С. / 02

48 масштабы экономической интеграции в Евразии не являются такими уж впечатляющими. Они очевидно не смогут предопределить геополитическое будущее Евразии сами по себе. Тем более, они не смогут автоматически превратить Россию в центр евразийской интеграции «российское ядро» всего интеграционного процесса, что хорошо видно из следующих данных. В силу разного рода объективных и субъективных причин и это хорошо показали события на Украине гг. вопросы безопасности в Евразии станут в ближайшие годы наиболее приоритетной проблемой, которую можно решить исключительно с помощью евразийской интеграции. И не только экономической и торговой о чем много говорится, но и военно-политической. Прежде всего, в области ПВО, а в перспективе ВКО. Альтернативы этому процессу с точки зрения обеспечения безопасности государств Евразии просто нет, хотя пока что он и не находится в системе политических приоритетов. Если согласиться с утверждением, что существование эффективной ВКО равнозначно наличию суверенитета, то нужно признать, что без ВКО понятие «безопасность» теряет всякий смысл. Едовина Т. Кризис вокруг Украины скажется на кредитных рейтингах стран СНГ // Коммерсант мая. С

49 Таких важнейших причин несколько. И связаны они с изменением в соотношении мировых сил, новой ролью Евразии, развитием ВВТ и новейших технологий, радикальными изменениями основных грузопотоков и мировой торговли. Но главной причиной остается геополитическая ситуация в мире, где роль Евразии вообще и региона, который З. Бжезинский назвал «Европейскими Балканами», стремительно возрастает. Можно по-разному относиться к З. Бжезинскому, в том числе полагая, что его взгляды устарели и не отражают современного понимания американской элитой международных реалий, но представляется, что именно он лучше других показал роль этого региона в современном мире, откровенно и ясно изложив существующую, а не декларативную американскую стратегию в Евразии. В частности, в своей известной книге, название которой политологи часто приводят не полностью, «Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы» он откровенно писал: «Евразийские Балканы» гораздо больше по своим размерам, еще более густо населены и этнически неоднородны. Они расположены на огромной территории, которая разграничивает центральную зону глобальной нестабильности, и включает районы Юго-Восточной Европы, Средней Азии и части Южной Азии, района Персидского залива и Ближнего Востока. 04

50 «Евразийские Балканы» составляют внутреннее ядро огромной территории, имеющей удлиненную форму (см. карту), и имеют весьма серьезное отличие от внешней окружающей зоны: они представляют собой силовой вакуум. Хотя в большинстве государств, расположенных в районе Персидского залива и Ближнего Востока, отсутствует стабильность, последним арбитром в этом регионе является американская сила. Нестабильный регион внешней зоны является, таким образом, районом гегемонии единственной силы и сдерживается этой гегемонией «Евразийские Балканы», расположенные по обе стороны неизбежно возникающей транспортной сети, которая должна соединить по более правильной прямой самые богатые районы Евразии и самые промышленно развитые районы Запада с крайними точками на Востоке, также имеют важное значение с геополитической точки зрения. Более того, «Евразийские Балканы» имеют важное значение с точки зрения исторических амбиций и амбиций безопасности, по крайней мере, трех самых непосредственных и наиболее мощных соседей, а именно России, Турции и Ирана, причем Китай также дает знать о своем возрастающем политическом интересе к региону. Однако «Евразийские Балканы» гораздо более важны как потенциальный экономический выигрыш: в регионе помимо важных полезных ископаемых, 05

51 включая золото, сосредоточены огромные запасы природного газа и нефти». Примечательно, что к «зоне нестабильности» З. Бжезинский относит не только страны Северной Африки и Ближнего и Среднего Востока, но и часть европейских районов России (Поволжье) и восточные области Украины. Эпицентром же этого турбулентного региона он справедливо выделяет Казахстан, Киргизию, Таджикистан и Узбекистан. Другая причина, объективно способствующая заинтересованности евразийских государств в создании ВКО, изменение удельного веса в экономике, торговле и политики стран Евразии и АТР. В том числе и для России. В. Никонов считает, например, что «в ближайшие пять десять лет доля рынков стран АТР в России будет как минимум сопоставима с европейской, на которую сейчас приходится половина нашей внешней торговли»2. Подобные радикальные сдвиги не могут не отразиться на всем комплексе военно-политических отношений в Евразии, отдельные регионы которой уже объявлены приоритетными для национальной безопасности России, США и других государств. Не случайно именно в этом контексте можно рассматривать идею ЕвроПРО. Как пишет академик А. Арбатов, «очевидно, что ЕвроПРО НАТО, запланированная без участия России и вопреки ее возражениям, не является базой для сотрудничества А российская ВКО будет плохо совмещаться с общей (или сопряженной) системой ЕвроПРО России НАТО»3. Эти процессы происходят на фоне активизации военной политики практически всех евразийских государств и, в более широком контексте, стран АТР, где военные расходы за последнее десятилетие выросли на 00%. Стремительно меняются ВВТ и концепции их использования, растут риски и стратегические неопределенности, усиливается конфликтность практически на всем континенте от Центральной до Юго-Восточной Азии. Объективно процесс евразийской интеграции противостоит двум влиятельным существующим в мире военно-политическим реалиям. Во Бжезинский З. Великая шахматная доска (Господство Америки и его геостратегические императивы). М.: Международные отношения, 200. С Никонов В. А. Стена больше не нужна // Российская газета ноября. С Арбатов А. Г. Противоракетные дебаты: в поисках согласия // Воздушнокосмическая оборона (65). С

52 первых, очевидному военно-технологическому превосходству США в XXI веке, которое правящие круги этой страны рассматривают как условие существования этого государства в мире. «Сегодня у Соединенных Штатов нет равных в военной мощи», заявил в «Стратегии национальной безопасности США» в 2002 году Дж. Буш. Надо сказать, что сохранение технологического и военного превосходства США в мире никем не ставится под сомнение в правящей элите страны. Ни демократами, ни республиканцами. Споры идут о том, каким образом развить это превосходство, на каких направлениях, и с какой эффективностью. И в этом суть научно-технической политики страны, где приоритеты НИОКР и технологий уже многие десятилетия остаются главными приоритетами. Во-вторых, США осуществили формирование военно-политической коалиции в Евразии с участием широкого круга государств, обеспечили стремительный рост поставок ВВТ в эти страны, создание объединенной системы ПРО от Австралии до Аляски. США стремятся вовлечь в свою политику (естественно, на своих условиях) многие государства от Японии и Филиппин до Вьетнама и Монголии, создавая благоприятные условия для проекции своей военной силы на континенте. В частности, как отмечает профессор С. Небренчин, «переход к постиндустриальной экономике знаний знаменует начало азиатского цикла накопления капитала, а это означает новый виток геополитического противоборства вокруг Евразии, где уже сейчас протекает около 80% войн и вооруженных конфликтов. При этом в эпицентре столкновения глобальных интересов оказывается все постсоветское пространство»2. Этот процесс развивается стремительно, а его последствия (в т.ч. военно-политические) проявляются достаточно быстро. Динамика изменений измеряется годами, а не десятилетиями. Так, по оценке китайских экспертов, например, «в 202 году политико-экономическая ситуация в АТР претерпела глубокие изменения, что существенно сказалось на глобальной политической, экономической, дипломатической обстановке и в сфере безопасности. Судя по ситуации в этом регионе, мир, процветание National Security Council. The National Security Strategy of the United State of America. Wash, DC.: USGPO, 2002, September, P.. 2 Небренчин С. Иран в евразийском контексте внешней политики России / НАТО: мифы и реальность. Уроки для России и мира. М.: ИНВИССИН, 202. С.. 07

53 и сотрудничество остаются главной тенденцией развития, но во внутренней и внешней политике ряда стран внутри и вне региона произошли некоторые изменения, в результате чего обстановка в регионе стала усложняться, а неопределенности увеличиваться». Похоже, что стремительное развитие событий в Евразии и АТР намного опережает прежние оценки, подход к которым формировался в предыдущие десятилетия. Возможно, что правящие элиты евразийских государств просто не успевают осознавать то, что происходит в мире, оставаясь в плену инерции мышления. К сожалению, это относится не только к экономическому аспекту отношений, но и к военнополитическому. Известный китайский эксперт Ли Шэньминь по этому поводу написал в конце 202 года: «США в слепой самоуверенности направили острие атаки против двух держав России и Китая. Однако в ближайшие годы Америка как государство-империя будет слабеть, и для замедления этого процесса ей придется все больше опираться на Европу, Японию и другие страны. Пока сложно предсказать, каким окажется через лет результат сотрудничества, конкуренции, игр и борьбы между крупнейшими государствами и группировками мира, однако уже сейчас ясно одно: с момента начала мирового финансового кризиса и до х годов нынешнего века, а возможно и до его середины, мировая архитектура будет находиться в состоянии сильной турбулентности и даже потрясений»2. Средства воздушно-космического нападения в новых геополитических условиях становятся главным инструментом военной политики, а концепции их использования новыми направлениями в развитии военного искусства. Это характерная черта, ставшая реальностью еще при ведении военных действий в Югославии и Ираке, но она особенно отчетливо проявилась в войне против Ливии, где основными средствами поражения стали авианалеты и крылатые ракеты морского базирования. Взгляд из Китая: глубокие изменении в политико-экономической обстановке АТР в 202 году // «Жэньшинь Жибао декабря / Эл. ресурс «Евразийская оборона» / 2 Китайский аналитик Ли Шэньмин: о глобальной роли США в обозримой перспективе сентября / Эл. ресурс «Евразийская оборона» / 08

54 В силу этого средства ПРО и ПВО стали основой потенциалов обороняющихся держав, от качества которых зависело, сможет ли тот или иной режим защитить себя и суверенитет страны. Наличие или отсутствие таких средств изначально рассматривается в качестве главного условия обеспечения безопасности государства. Сильная ПВО Сирии, в отличие от слабой ПВО Ливии, позволила ей сопротивляться внешнему давлению не несколько недель, а более двух лет. Сильная ПРО Израиля позволила ему нейтрализовать потенциал ХАМАСа в течение нескольких дней, фактически сведя на нет политические расчеты на террористические пуски. Эта же тенденция превращает средства ВКО в политический инструмент и предмет переговоров. Причем в политический инструмент евразийской интеграции. Так же, как в свое время в Европе ядерное оружие и базы США стали главным политическим инструментом при создании НАТО. Учитывая, что удельный вес воздушно-космических средств нападения и обороны в общих военных потенциалах замещает в ряде случаев традиционные средства, можно сделать вывод: они неизбежно станут предметом обсуждения не только на экспертном, но и на самом высоком политическом и военном уровнях. Речь, конечно, идет не только о проблематике ЕвроПРО, но и в целом о ВКО как в евразийском, так и двусторонних аспектах. Причем не только в традиционном понимании ограничение ВВТ, но и в широком контексте, а именно: создание системы региональной безопасности, военно-политического и военно-технического сотрудничества, возможного формирования новых коалиций и союзов, например, в области создания объединенных или даже единых систем ПВО и ПРО. Наравне с набирающими силу в Евразии интеграционными процессами, военно-политическая интеграция в области ВКО может стать главным интеграционным стимулом, оттеснив на второй план даже соображения экономической выгоды. Возможные переговоры по проблематике ВКО можно условно разделить на функциональные, посвященные отдельным видам наступательных и оборонительных вооружений, например, стратегическим неядерным крылатым ракетам (СКР) или гиперзвуковым летательным аппаратам, а также роли ядерного оружия вообще, в частности, 09

55 нестратегического, и на двусторонние посвященные развитию или ограничению ВТС с отдельными государствами Евразии. Классический пример отказ России от поставок в Иран ЗРК С-300, закупка систем ПВО Сирией, Вьетнамом и другими странами. Это уже признается на Западе. Как отмечает Федерация американских ученых в своем докладе, посвященном обзору позиции «НАТО в области сдерживания и обороны (DDPR)», нестратегические ядерные силы не являются ни причиной, ни решением вопроса европейской безопасности, однако недостаток политического руководства ведет к тому, что эти системы обладают легитимностью, которой они не должны обладать». «Недостаток политического руководства» выражается в том, что отсутствует сам предмет переговоров ограничение неядерных стратегических вооружений, что, в свою очередь, неизбежно ведет к тому, что другие страны начинают (или усиливают) собственное производство таких систем. Так, в течение ряда лет в России фактически не велись работы по ГЗЛА и ударным БЛА, однако, учитывая действия США, руководство страны было вынуждено, например, принять решение о создании холдинга, который будет заниматься разработками гиперзвуковых технологий, в том числе и в сотрудничестве с Индией2. Эти тенденции практически иллюстрируются тем, что сегодня в США реализуется, например, проект создания высокоточных неядерных систем вооружений, при помощи которых можно поражать любую точку земного шара в течение одного часа (Prompt Global Strike) после получения приказа. Понятно, что создать ВКО всей территории страны (стран) или континента для защиты от десятков тысяч высокоточных КР и ЛА будет малореально, и Россия будет вынуждена отвечать своими СНВ, что, собственно, и было отражено в новой редакции Военной доктрины страны 202 года. Важно подчеркнуть, что растущая активность США в военной области вообще, и в области ВКО в Евразии, в частности, являются частью их общей евразийской стратегии дестабилизации и дезинтеграции стран Евразии, которая прикрывается рассуждениями о внедрении в этих странах американской системы ценностей. Так, в докладе помощника Госсекретаря Non-Strategic Nuclear Weapons. FAS Special Report. 3 / Эл. Ресурс Федерации американских ученых / 2 Развитие отечественного гиперзвука реальность / Эл. ресурс «Военное обозрение ноября / 0

56 США по вопросам Южной и Центральной Азии Р. Блейка-младшего говорится: «Расширение нашего взаимодействия с правительствами стран Центральной Азии направлено не только на безопасность и экономические вопросы, но неизменно включает в себя откровенные и открытые дискуссии о необходимости политической либерализации, предоставления большей свободы гражданскому обществу, а также о необходимости уважать общепризнанные права человека». Процесс евразийской интеграции в узком понимании как торговоэкономическая интеграция трех стран (плюс, возможно, Киргизии и Таджикистана) пока что обходит вниманием проблему создания единой системы воздушно-космической обороны (ВКО) на всей Евразии (ограничиваясь на данном этапе созданием объединенной системы ПВО СНГ), либо, хотя бы, на первом этапе, на территории постсоветских государств. Между тем, реалии таковы. С экономической точки зрения адекватные военные усилия каждого из евразийских государств по отдельности невозможны, так как их потенциалы несопоставимы с возможностями США и их союзников. Это хорошо иллюстрирует сравнение военных расходов США и других стран в 20 году, из которого, например, видно, что в абсолютных величинах военноэкономические возможности России сопоставимы с возможностями Франции, Великобритании или Японии (7,9 млрд долл. Россия; 62,5 млрд Франция; 62,7 млрд долл. Великобритания и 59,3 млрд долл. Япония), при том, что относительно ВВП расходы этих государств ниже, чем российские. Помощник Госсекретаря США Роберт Блейк о концепции присутствия США в Центральной Азии. 27 июля 202 г. Эл. ресурс «Фергана» /

57 Безусловными мировыми лидерами по военным расходам являются США (7 млрд долл.) и Китай (43,0 млрд долл.), чьи доли в мире составляют 4% и 8,2% соответственно. Если же учесть военные расходы других союзников США Германии, Саудовской Аравии, Италии, Южной Кореи, Канады и Турции, то становится ясно, что военные возможности России (даже с учетом расходов КНР) никогда не будут в ближайшие годы даже сопоставимы с расходами ведущих развитых государств. Пытаться соревноваться, имея соотношение в экономических и военных силах 0 к, в принципе бессмысленно. Безопасность будет необходимо обеспечивать асимметричными мерами по наиболее приоритетным направлениям. Таковым направлением, безусловно, является создание ВКО, способное нейтрализовать как ядерный, так и неядерный стратегический наступательный потенциал. Доля расходов на ВКО в общих расходах на оборону может составлять 5 20%. U.S. Military Expenditures US. Other Countries / 2

Показать еще


Источник: http://docplayer.ru/51540112-Analiz-scenariev-razvitiya-mezhdunarodnoy-obstanovki-mo-i-strategicheskiy-prognoz-do-2030-i-2050-godov.html



Рекомендуем посмотреть ещё:


Закрыть ... [X]

Анализ сценариев развития проекта - Инвестиционная деятельность Отзывы о схемах для вышивания

Анализ развития различных сценариев Анализ разных сценариев проведения денежно-кредитной политики
Анализ развития различных сценариев Сценарии долгосрочного развития - Энциклопедия по экономике
Анализ развития различных сценариев Анализ сценариев развития международной обстановки (МО) и
Анализ развития различных сценариев Анализ плана развития школы
Анализ развития различных сценариев Ватников Диваныч. Грэйв. Общий файл
Анализ развития различных сценариев Восковой плющ. Хойя. Уход и содержание
Все о ночной фотографии и фотосъемке звездного Женские кожаные куртки. Купить кожаную куртку недорого в К чему снится Корабль во сне по 90 сонникам! Если видишь во Картинки по запросу шаблон на шоколад 23 февраля Легенда о Золотой Маске Onlinegamestars Новые Мотивирующие фильмы про бизнес и успех - топ 27 Отношения между людьми - какие и зачем? - Психологос Подарки для мужчин с Прически с гребнем для волос фото. Прически для волос